Каталог статей

Головна » Статті » Дискусійний клуб

О запрете слов «отец» и «мать» Советом Европы: анатомия одной утки

Автор vinnik
Создано 16.09.2010 12:16
Анатомия утки


Больше недели отечественные СМИ усердно пугают читателей ужасами из «сбрендившей Европы». Блогеры, газеты, радио и телевидение наперебой сообщают потрясенному читателю невероятное: «Обезумевшая от толерантности Европа собирается запретить слова… отец и мать».
Последнее подобное сообщение вышло в эфир не далее как вчера.
Выдала[2] его государственная радиостанция «Голос России», вещающая на зарубежье.
К чести отечественной прессы, далеко не все издания поверили в это неправдоподобное событие. Но многие. И многотиражные. Мы же попробуем разобраться, какие реальные факты лежат в основе этой истории и во что и как они трансформировались в изложении журналистов.
 
Глава 1. Что рассказали читателю российские СМИ
 
Вот что
гласит[3] заголовок в интернет-издании «Свободная пресса»:
В Европе запретят слова «отец» и «мать»: В Совете Европы считают, что эти понятия унижают женщин и хотят заменить их одним словом «родитель».
Далее, правда, оказывается, что речь пока только об официальных документах и раскрываются мотивы такого решения:
Совет Европы собирается изъять из официальных документов такие, казалось бы, вечные слова, как «мать» и «отец». Виной всему пресловутая политкорректность. Ведь, по мнению членов Совета, слова «мать» и «отец» носят сексистский характер. А, значит, унижают женщин и попирают их права.
...Интересно, что с инициативой отменить слова «мать» и «отец» выступила изначально представитель социалистической партии Швейцарии Дорис Штумп.
Но если читатель попытается утешить себя тем, что дело коснется только официальных документов, то напрасно: более «осведомленые» издания ему намекнут, что надежды эти тщетны. Газета «Аргументы недели»
поясняет [4], что в официальных документах – это лишь «для начала», а радиостанция «Голос России»добавляет[5], что к явлениям сексистского языка неугомонная Дорис Штумп отнесла также слова «мама» и «папа», которые, как понятно, к официальной речи отношения уже не имеют.
Радио России
сообщает[6] еще более определенно:
Совет Европы предложил отменить «матерей» и «отцов». В словах нашли признаки сексизма, то есть полового неравенства. Теперь вместо привычных «мама» и «папа» нужно будет говорить «родители» или «родитель» (это в единственном числе).
«Комсомольская правда», в свою очередь,
недоумевает[7]:
А самое главное, как быть с младенцами, которые с радостью лепечут «мама» и «папа»? Видимо, надо сызмальства наказывать за такую «ненормативную лексику», ведь им придется жить в политкорректной Европе...
Стоп-стоп,  цепляется читатель за надежду, что конец света еще не настал: Совет Европы всего-навсего «предложил»! Значит, весь этот абсурд, возможно, еще и не будет узаконен! Не тут-то было: газета«Аргументы недели»
сообщит[8] ему, что «процесс пошел», и решения Совета Европы уже начали воплощаться в жизнь:
Первой взяла под козырек Швейцария. В столичном Берне в официальном обращении теперь употребляются только «гендерно-нейтральные термины». Проще говоря, вместо слов «мать» и «отец» там теперь принято говорить «родитель» или «родители».
А из «Аргументов и фактов» читатель
уяснит[9], что Швейцария «взяла под козырек» еще до официального решения Совета Европы, а всего-навсего по требованию грозной Дорис Штумп:
Депутат Совета Европы от Швейцарии Дорис Штамп потребовала, чтобы женщин больше не изображали «пассивными и второсортными существами, матерями или сексуальными объектами». Ее требование возымело действие: в Берне из официального обращения эти слова исчезли.
Если же читатель принадлежит к редкой породе скептиков, прессе не доверяющих, он, конечно, не ограничится изучением отечественных источников, а, выучив предварительно английский и немецкий языки, попробует разобраться сам, что из процитированного правда. Тем, кому лень заниматься этим самостоятельно, мы адресовали подробный рассказ в главе 2.
 
Глава 2. Что из процитированного правда?
НИЧЕГО.
 
Глава 3. Совет Европы: что же было на самом деле?
 
Хотите знать, что было на самом деле? Хорошо, вот что, где и когда было на самом деле.
На летней сессии Парламентская ассамблея Совета Европы (ПАСЕ) в Страсбурге, обсудив доклад депутата Дорис Штумп под названием «Борьба с гендерными стереотипами в СМИ»,  приняла одноименные
Резолюцию №1751 (2010) [10] (см.автоперевод [11]), иРекомендацию №1931 (2010) [12] (см.автоперевод[13]). Причем было это – внимание! – аж 25 июля.
«Резолюция» обращена к государствам, парламентам и СМИ, в ней говорится преимущественно о вреде гендерных стереотипов, но ни о каких запретах в ней, разумеется, не говорится (ПАСЕ не может никому ничего запрещать). Слова «мать», «отец» и «родители» в документе  отсутствуют напрочь, равно как и упоминания о каких бы то ни было реформах или даже рекомендациях в сфере официального языка либо языка СМИ.
В «Рекомендациях», обращенных к Комитету министров, несексистский язык упоминается, но тоже очень ограниченно (применительно к подчиненным КМ органам и со ссылкой на чисто декларативный
документ[14], датированный аж 1990 годом).
Остается еще один документ, относящийся к обсуждению гендерных стереотипов на летней сессии ПАСЕ –
доклад[15] той самой Дорис Штумп, которая, по сообщению СМИ, как раз и придумала отучить несчастных европейцев употреблять слова «мама» и «папа». Доклад был подготовлен и опубликован примерно за месяц до его обсуждения на сессии Парламентской ассамблеи и включал, в частности, проект вышеупомянутой резолюции.
Документ, надо сказать, весьма основательный и убедительный и может быть рекомендован к подробному ознакомлению всем, кого интересует тема стереотипов в СМИ и – отдельно – тем, кто считает, что Европа – это цивилизация победившего феминизма (вот
автоперевод[16]). Но нас сейчас интересует другой, совершенно конкретный вопрос: что там все-таки сказано про матерей и отцов? Так вот, про отцов ни слова, даже не ищите, а вот про матерей – да, действительно есть. Целых четыре фрагмента, варьирующие одну и ту же мысль: что «гендерные стереотипы в СМИ утверждают упрощенный, окостеневший и карикатурный образ женщин и мужчин». Вот один, из пояснительной записки:
...нет сомнений в том, что на телевидении и в печатных и электронных СМИ женщины недостаточно представлены или подвергаются дискриминации по признаку пола. Они описываются или воспринимаются как слабые, уязвимые и зависимые существа, обреченные играть единственную роль – роль матери, жены или сексуального объекта, а женщины, преуспевшие в деловой сфере, преподносятся как карьеристки с мужским складом ума.
Вот другой, из проекта резолюции:
С одной стороны, они недостаточно представлены, если не невидимы в средствах массовой информации. С другой стороны, сохранение гендерных стереотипов в СМИ – ограничение женщин и мужчин ролями, традиционно навязываемыми им обществом, частое изображение женщины как пассивного и низшего существа, матери или сексуального объекта – это барьер для обеспечения гендерного равенства.
Последняя фраза, пожалуй, и впрямь, не очень изящна – перечисление трех стереотипных женских ролей в прессе предвзятым читателем может быть истолковано как их отождествление; возможно, поэтому, чтоб не дразнить гусей, в окончательном тексте парламентарии заменили слово «мать» на слово «домохозяйка». Однако ни на какие идеи относительно реформ языка в докладе Дорис Штумп, как можно видеть, нет ни намека.
(Это, правда, не помешало либертарианскому журналу, традиционно скептически настроенному по отношению к политкорректности, в статье от 4 июня
заявить [17], ссылаясь на доклад, что Комитет по равным возможностям для женщин и мужчин «верит, что изображение женщины как матери является сексистским» (автоперевод[18]). Вряд ли надо специально пояснять, что сексистским Штумп назвала не само по себе изображение женщины как матери, а отказ прессы видеть, что социальная роль женщины не сводится к материнской и сексуальной.)
Откуда же взялся этот мифический запрет на «матерей» и «отцов»? История весьма поучительная, но запаситесь терпением: трансмутация мухи в слона — процесс поэтапный.
 
Глава 4. Встречайте: газета «Бильд»
 
Сперва на сцену выходит бульварная пресса. 2 сентября (то есть спустя более чем два месяца после принятия резолюции ПАСЕ и более чем через три месяца после публикации доклада Дорис Штумп) немецкий таблоид «Бильд» публикует ироническую заметку под заголовком «
"Родитель" вместо "матери". Европейские бюрократы хотят изуродовать наш язык [19]» (автоперевод[20])
Тут надо сказать пару слов о газете «Бильд». Это самая массовая желтая газета в Германии, признанный виртуоз по части скандалов и провокаций (
подробности по-русски для любопытных [21]). Статьи в газете «написаны простым языком и содержательно сведены к минимуму»,сообщает [22] нам «Дойче Велле», а журнал «Дойчланд» прямопишет[23], что «Бильд» «часто задает темы информагентствам , телекомпаниям и другим газетам» (о да!), но «из-за экстремального популизма подвергается критике».
Но вернемся к статье. Авторы в откровенно издевательском тоне рассказывают, что, дескать, евробюрократы уверены, что дискриминацию женщин можно победить использованием несексистского языка, а трансляция образа домохозяйки может затормозить движение к гендерному равенству и т.д. – примерно в интонациях Шендеровича, рассказывающего о последних инсинуациях Кремля, и с той же степенью объективности.
В частности, в подзаголовочной врезке читателя сразу огорошивают двумя беспочвенными утверждениями:
Европейский совет ... рекомендует применение «несексистского языка» государствам-участникам.
Даже слово «мать» расценивается некоторыми европейскими бюрократами проблематичным стереотипом.
Далее редакция решает продемонстрировать читателю несколько образцов надругательства над языком, на которое обрекает европейцев страсбургская бюрократия. За отсутствием общеевропейских фактов в качестве примера приводится несколько образцов гендерно корректного языка из швейцарского опыта, в частности:
Швейцарская столица Берн считается особенно прогрессивной, поскольку здесь уже принципиально предпочитают такие «гендерно нейтральные наименования людей» как «один из родителей» или (реже) «родитель» словам «отец» и «мать».
Читатель предсказуемо выпадает в осадок. Но не потому, почему вы подумали.
 
Лингвистико-юридическое отступление
 
Тут полезно объяснить, почему слово «родитель» у некоторых немцев вызывает скепсис и усмешки. Вовсе не потому, что предлагается изъять из официального языка слова «отец» и «мать» (тем более это не так). Дело в том, что немцам, в отличие от нас, не повезло: в немецком языке слово «родитель» в единственном числе отсутствует. И если конструкция «один из родителей» используется в немецкоговорящих странах довольно давно, то неологизм «родитель» звучит для немецкого уха примерно так же, как для нас звучали бы написанные в единственном числе «плоскогубцы» или «ножницы». С той разницей, что у нас потребности в слове «ножница» нет, а у немецкоговорящих в слове «родитель» – есть.
 
Глава 5. «Вельт» принимает эстафету
 
Надо сказать, «Бильд» почти не перевирает факты – определенные гиперболы, домыслы, умолчания и тенденциозное цитирование вполне могут быть списаны на особенности жанра. Даже заголовок, строго говоря, не содержит утверждения, что «европейские бюрократы» рекомендуют заменить «мать» на «родителя». Но именно такое у читателя создается впечатление. Действительно – виртуозы провокации.
Но вот дальше происходит нечто загадочное: информацию из бульварной «Бильд»
перепечатывает[24] вроде бы серьезная консервативная газета «Вельт» (автоперевод[25]) – с дальнейшими искажениями. «Вельт» «спрямляет» все экивоки и прямо проговаривает то, к чему «Бильд» читателя лишь подталкивает. Например, сообщает читателю, прямо в заголовке, что
Совет Европы хочет упразднить «мать» и «отца».
Затем еще более (хотя и на полутонах) демонизируется депутат Дорис Штумп. И наконец, совершается прямой подлог: швейцарские примеры гендерно нейтрального языка подаются как общеевропейские рекомендации. Заодно усиливается роль Швейцарии в мнимой реформе: если у «Бильд» швейцарский опыт подается как иллюстрация того, к чему может привести внедрение несексистского языка, то у «Вельт» Швейцария выглядит уже не то инициатором рекомендаций, не то наиболее расторопным их исполнителем. Обе эти интерпретации проникают затем и в российские СМИ.
Объяснение перепечатки непроверенной информации в «Бильд» у меня только одно: консерваторы-евроскептики не смогли удержаться от соблазна пнуть общеевропейский институт.
 
Глава 6. «Инопресса», NEWSru.com, далее везде
 
Дальше новость попадает в отечественную прессу — и конечно, с дальнейшим нагнетанием ужасов. Так, «Инопресса»
сообщает[26] российскому читателю, что
В столичном Берне из официального обращения исчезли слова «мать» и «отец». Отыне они именуются «родителями».
То есть оказывается, что слова уже исчезли, хотя в цитируемых газетах писали о том, что«мать» и «отец» всего лишь менее предпочтительны.
А вот новостному порталу NEWSru.com
принадлежат[27] сразу два выдающихся открытия – одно из области фактов, второе из области концепций:
С инициативой отменить слова «мать» и «отец» выступила изначально представитель социалистической партии Швейцарии Дорис Штумп.
По мнению членов Совета, эти слова носят сексистский характер и унижают женщин, пишет немецкая газета Die Welt.
Помимо того, что это абсолютно новое слово в гуманитарной мысли, конечно же, «Вельт» ничего такого не писала (равно как и не приписывала депутату Штумп попыток запрета слов). На этом фоне то, что членами Совета Европы автор заметки, кажется, считает людей, в то время как это государства (в число которых входит, кстати, и Россия), кажется мелочью.
До полного апофегея оставалось, чтобы кто-то забыл, что в исходной заметке речь шла лишь об официальном языке. Ждать долго не пришлось: это сделали как минимум три издания: «
Комсомольская правда [28]», «Аргументы и факты [29]» (правда, только в повторном материале) и сайтWDay.ru[30].
 
Глава 7. А что же все-таки со Швейцарией?
 
Итак, нам осталось разобраться с заменой слова «мать» и «отец» на «родителя» в Берне. Это единственный «факт», который газета «Бильд» не придумала. По той простой причине, что его придумала другая газета – швейцарский таблоид «Блик», брат-близнец немецкого «Бильда». Публикация от 4 июня
сообщает [31] читателю (автоперевод[20]):
Указание всем сотрудникам и сотрудницам города Берна: с этой минуты тексты должны формулироваться гендерно корректно. Это значит, отныне определенные слова находятся в черном списке. 22-страничное языковое руководство для муниципалитета запрещает, к примеру, слово «пешеходный переход». По-новому вместо этого следует писать и говорить «зебра».
Кроме того, сообщается также о руководстве для госслужащих, изданном федеральным правительством, которое которое еще объемнее (192 страницы) и которое, как сообщается, также «обязательно для официальных публикаций».
В приведенной информации столько неправды, что ее перечисление займет больше места, чем исходный текст. Итак, вопреки написанному оба руководства носят не директивный, а сугубо справочный характер; оба они не являются чем-то новым, а являются обновленными версиями прежних справочников (в частности, федеральное руководство является переработкой документа аж 1996 г.); значительная часть содержащихся в них пояснений посвящена тому, в каких случаях употребление гендерно нейтральных терминов излишне или неуместно; никаких «черных списков» не существует;
федеральное руководство [32] вышло еще в сентябре 2009 г. и целый год никого не смущало; слово «зебра» НЕ рекомендуется для официальных документов; вбернском руководстве [33] (см.PDF[34]) вообще нет слов «отец», «мать» и «родитель».
В ответ на мой вопрос о характере федерального руководства представительница ведомства федерального канцлера Изабель Камбер ответила, что цель руководства - помочь в тех случаях, «когда на практике не очень просто подобрать гендерно нейтральную формулировку»:
Оно повышает чувствительность, обращает внимание на нюансы. Оно не запрещает, не цензурирует и не является инструментом «языковой полиции». Внимание в руководстве сосредоточено на уровне текста (в какой ситуации какое решение лучше всего подходит?), а не на уровне лексики (какие слова не должны использоваться или на какие должны заменяться?).
Кроме того, в руководстве действительно есть ряд запретов. С целью «языкового единства» официальных документов Швейцарии запрещены некоторые формы гендерно-корректного языка. Речь идет о громоздких и эстетически неудовлетворительных конструкциях.
Что же касается публикации в «Блик» относительно запрета на слова «отец» и «мать», то мне ответили буквально следующее:
В этом руководстве действительно используется слово «родитель», но оно не предписывается и не рекомендуется. Руководство лишь приводит языковые средства, которые вообще имеются и которые допустимо использовать при составлении документов.
 
Резюме
Когда я приступал к расследованию, мне казалось, что газеты, ну... слегка приврали. Я собирался понять лишь, в чем именно. Что же оказалось в итоге? Что получив на входе факт «швейцарским госчиновникам разрешили использовать слово "родитель" в единственном числе»,
Категория: Дискусійний клуб | Додав: Flv (17.09.2010) | Автор: Николай Винник
Переглядів: 880 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всього коментарів: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Реєстрація | Вхід ]
Субота, 19.08.2017, 18:34
Вітаю Вас Гость

Категорії

Актуальне інтерв'ю [30]
Ґендерна журналістика [102]
Аналітика [47]
Дослідження [20]
про нас пишуть [27]
Жіночі історії [11]
Практичні поради [1]
Дискусійний клуб [30]
Коментарі [4]

Вхід

Пошук

Партнери


Онлайн всього: 1
Гостей: 1
Користувачів: 0